slideshows 1

Экспромт на салфетке

На снимке: Владимир Резниченко, 2005 г

СОДЕРЖАНИЕ

- Две тысячи пятый
- Крышка
- Переезд
- В дым
- Черным по белому
- Смертельный номер
- Стихи к великому празднику
- Е-мое (песня)
- Юлия - смерть с косой
- На всю железку
- Празднование 860-летие Москвы

================================

ДВЕ ТЫСЯЧИ ПЯТЫЙ
экспромт на салфетке

Звенят бокалы и колокола.
Звучат стихи и праздничные речи.
А я завешиваю зеркала
и зажигаю траурные свечи.

Все чин по чину. Скоро в зимней мгле
забрезжит утро. Ждать уже недолго...
Ошметки мяса стынут на столе,
и время осыпается, как елка.
2005 год

КРЫШКА

Какие хитрые интриги
сулил читателям роман,
сокрытый под обложкой книги
с многоугольником "спецхран"!

Обложка эта - крышка гроба.
Напрасны были все труды:
рождающая нас утроба
берет назад свои плоды.

В лефортовской библиотеке,
неподалеку от казарм,
останется лежать навеки
моих страниц унылый шарм.

Я, книжный червь любвеобильный,
всё б рассказал, как на духу,
но мой партнёр, червяк могильный,
признанья превратит в труху.

Одобрен или не одобрен,
проект уйдет в небытие:
умрёт, задавленный надгробьем,
как лист бумаги - пресс-папье.

ПЕРЕЕЗД

Переезжали в новый дом,
поспешно паковали вещи,
которые, казалось, вечно
пробудут в месте обжитом.

И серый холст в роскошной раме,
реликт семейной старины,
как грязный бинт, приросший к ране,
сдирали в муках со стены,
и старый шкаф дрожал от боли
и стулья прятались в углы,
и покорежились обои,
и покоробились полы,
и рвались в клочья отраженья
в подслеповатых зеркалах,
и билась горечь пораженья
в бокалах, как в колоколах,
и неуклюжим мастодонтом
хромал рояль, коряв и глух,
но неотступным матадором
витал по дому дерзкий дух...

Хозяева, от пота взмокнув,
впихнули в кузов барахло,
и с треском распахнулись окна,
и свежим ветром понесло.

В ДЫМ

Если нет у тебя огня
не проси огня у меня.

Мне огня моего не жалко,
все бы пламя я отдал разом,
только сердце - не зажигалка,
заправляющаяся газом.

Над моей головой во мраке
золотой не зажжется нимб,
даже если доставят факел
эстафетой с горы Олимп.

Смог бы я угадать заранее
цель, постигнутую в движении:
первый шаг - самовозгорание
и последний - самосожжение!

Жизнь прожив с душой нараспашку,
как ворами взломанный сейф,
превращусь в дымовую шашку,
волочающую черный шлейф.

Не проси у меня огня,
его больше нет у меня.

ЧЕРНЫМ ПО БЕЛОМУ
Зимнее.Экспромт на салфетке

Мчится поезд,
похожий на слово.
Как будто
на тетрадном листке
расписался январь.
Впереди паровоз,
как заглавная буква.
Позади,
словно точка,
сигнальный фонарь.

Я уеду,
а ты
будешь снова и снова
выходить на платформу
в мороз и пургу
и пытаться прочесть
это зимнее слово,
хоть оно и рассыпалось
в рыхлом снегу.

СМЕРТЕЛЬНЫЙ НОМЕР
экспромт, навеянный очередной авиакатастрофой

Любовь моя - прыжок без парашюта.
С небесной неизвестной высоты
лечу я камнем вниз - еще минута,
и там, внизу, меня подхватишь ты.

Пускай на землю сыплются обломки,
я не сгорю в летающем гробу!
...Но лучше подстелила бы соломки,
чтоб чересчур не искушать судьбу...

СТИХИ К ВЕЛИКОМУ ПРАЗДНИКУ

Не День Победы -
тень победы...
За что ж сражались
наши деды?
Затоптан в грязь
советский флаг.
Отстроен заново
рейхстаг.

Да что рейхстаг,
когда в избытке
свои в России
недобитки?
А значит,
нынешним младенцам
в грядущем вновь грозит
Освенцим.

Ё-МОЁ (песня)

От ворья и от жулья
никакого нет житья.
Это - новая Россия,
это - Родина моя!

За казенный счет жульё
строит для себя жильё.
Ну а мы в своих халупах
так и сдохнем, дурачьё!

В гардеробе у ворья
куча модного шмотья.
А у нас, у честных граждан,
ворох старого тряпья.

Было б у меня ружьё,
пострелял бы вас, жлобьё!
Долго ли еще мириться
с вашим хамством, ё-моё!

ЮЛИЯ - СМЕРТЬ С КОСОЙ

В премьер-министры - профурсетку?
Разуй глаза свои, хохол!
Попав в силок, в ловушку, в сетку,
ты вечно будешь бос и гол!

Мозги запудрили ребятам.
Кто слеп - прямой дорогой в склеп.
По доброй воле супостатам
и сало отдают, и хлеб.

А кто не лохи, не разини,
кто любит Родину свою,
те завтра к Матери России
вернутся в дружную семью.

НА ВСЮ ЖЕЛЕЗКУ (музейный роман)

Сам он - весь из себя.
Не мужчина, а глыба.
Здоровье железное, мышцы стальные, бронзовый загар.
Хрустальная мечта моей юности.

"Куй железо!" - говорю ему.
А он, хоть и висках уже серебро,
как гуттаперчевый мальчик, тянет резину.
Выражение на лице деревянное,
металл в голосе, стеклянный взгляд.

Видно, не по душе ему изумруд моих глаз,
зубы - жемчуга, рубиновый рот, мраморное тело.

Эх ты, голова дубовая, медный лоб!
Даром, что руки у тебя золотые, глаз - алмаз,
а сердце ведь каменное!

Зря я бисер перед тобой мечу -
морда-то кирпича просит!
Зря пытаюсь умаслить -
пропесочить бы надо!
Пошерстила б как следует,
стал бы, как шелковый!

Да у нас в музее разных железных рыцарей,
медных всадников, оловянных солдатиков
пруд пруди!
Я, драгоценная статуэтка,
завтра же подыщу себе другого кумира.
И буду гулять с ним
на всю железку.

ПРАЗДНОВАНИЕ 860-ЛЕТИЯ МОСКВЫ

Гулял я этим утром по Манежной.
ОМОН, на редкость, ласковый и нежный.
Хотя везде барьеры, чувство меры
сегодня знают милиционеры.

В Охотный ряд проходы очень узкие.
Повсюду люди с гор... Но есть и русские...
И тем, и этим есть чему дивиться:
на сценах - полуголые девицы!

Но главное - неслыханное - диво -
в Москве не купишь ни вина, ни пива.
Но, даром что введен сухой закон,
я толпы пьяных вижу из окон.

2 сентября 2007 года



Независимый литературный портал РешетоСетевая словестность 45 Параллель Интерактивные конкурсы Стихия